11.12.2019 




Вы можете не умереть
Михаил Батин, Алексей Турчин
10.12.2013- 15.12.2013

Вы можете не умереть





«Трасса М4. Ростов - Москва» / Современное искусство Ростова-на-Дону





Лес/ Современное искусство Краснодара





Культурный Альянс. Проект Марата Гельмана

Главная | Контакты | Поиск | Дневник М. Гельмана
Русский | Deutsch | English


























Гостиный двор: проект скульптурного оформления


1997 год



Художники - Сергей Волков и Юрий Шабельников

Художники - Сергей Волков и Юрий Шабельников
Художник - Татьяна Антошина

Художник - Татьяна Антошина
Художник - Елена Китаева

Художник - Елена Китаева
Художник - Гор Чахал

Художник - Гор Чахал
Художник- Дмитрий Гутов

Художник- Дмитрий Гутов
Художник - Гия Ригвава

Художник - Гия Ригвава
Полная экспозиция
Мастерская Гельман и Со

Творческий коллектив:

Гельман М. - руководитель, автор-художник

Ткаченко С. - автор-архитектор

Соколов А. - художник

Шкаева Н. - архитектор

АЕС - художники

Волков С. - художник

Бычков В. - художник

Гутов Д. - художник

Хоровский Ю. - художник

Шабельников Ю. - художник

Бродский А. - художник

Гостиный двор представляет собой комплекс зданий начала 19 века, обрамляющих огромную площадь размером 15 тысяч квадратных метров. Над площадью планируется возвести прозрачный купол высотой около 20 метров. Создается одна из самых больших крытых площадей мира. Она будет использоваться для торговли, массовых мероприятий, как в коммерческих, так и в культурных целях. Расположенная рядом с Кремлем, площадь станет важной частью жизни города, где ежедневно будут присутствовать тысячи людей.

Галерея Гельмана приглашена курировать художественное решение пространства площади. Для скульптурного оформления этого уникального объекта приглашаются современные художники, которым впервые в России предоставляется возможность вступить в творческий диалог с повседневной жизнью гигантского мегаполиса в самой центральной и деловой его части.

Создание скульптур (объектов) для этого пространства проходит под общим девизом: "Будущее представляет прошлое". Планируется размещение нескольких десятков работ, представляющих наиболее яркие и характерные образцы новейшего искусства, способные вписаться в среду комплекса. По сути, здесь будет создан вариант музея современного искусства, разорвавший границы музейного пространства.

Публикации:

Николай Молок
Итоги, 20-98

Московский дворик федерального значения
Гостиный двор строят и проектируют одновременно. Под надзором мэра

ВЕСТИ СО СТРОЙКИ

За последние годы в Москве осуществлено множество гигантских муниципальных проектов вроде Манежной площади, комплекса на Поклонной горе или зоопарка. Но одну стройку завершить никак не удается - Гостиный двор («Гостинку», как назвал его один из чиновников Москомархитектуры). Если строящийся Сити среди больших проектов - самый амбициозный и самый утопичный, если храм Христа Спасителя - самый духоподъемный и самый нелепый с точки зрения историзма, а Сенат в Кремле - самый вопиющий (на этом «секретном объекте» под видом реставрации были фактически уничтожены двухсотлетние казаковские интерьеры), то Гостиный двор, как объясняют все люди, так или иначе связанные с этой стройкой, - «самый сложный на сегодняшний день объект в Москве».

История
Первый Гостиный двор - центр московской оптовой торговли - возник в непосредственной близости от Красной площади, между Ильинкой и Варваркой, еще в XVI веке. В конце XVIII века было решено построить новое здание по проекту архитектора Джакомо Кваренги. Много строивший на петербургских равнинах, о московских холмах Кваренги, видимо не догадывался, поэтому его проект стали дорабатывать два московских архитектора. Они начали строительство одновременно с двух сторон, но в середине части так и не сошлись. Эту середину потом доделал Осип Бове (автор проекта Большого театра). В результате, если смотреть из внутреннего двора, одна половина здания получилась двух-, а другая - трехэтажной. Строили Гостиный двор 50 лет, но халтурно - сейчас в стенах обнаруживаются пустоты, полные строительного мусора двухсотлетней давности.
Возможно, поэтому в 70-е годы нашего века он начал обваливаться (падали целые секции), в 80-е его решили восстанавливать и передали одной из мастерских Моспроекта-2. Рутинная работа Моспроекта могла тянуться еще долго, если бы в 1995 году этим зданием не заинтересовался лично Юрий Михайлович Лужков, включивший Гостиный двор в список объектов, строительство которых должно быть закончено к 850-летию Москвы. Но в отличие от других лужковских строек здесь мэру предстояло иметь дело с памятником архитектуры федерального значения, и его реставрацию должно было разрешить не только московское, но и федеральное Управление по охране памятников (УОП). Вероятно, расчет был на то, что в эйфории московского юбилея можно будет пропихнуть любой проект через все необходимые согласования. Да и соблазн соорудить очередное грандиозное здание был велик.

Доморощенное чудо
Соблазнил мэра Нодар Канчели, инженер, предложивший накрыть внутренний двор Гостиного двора «светопрозрачным покрытием», или, попросту говоря, стеклянной крышей. Проект этот, как видно, показался Лужкову чудом света - уникальным инженерным (самая большая в мире стеклянная крыша) и социальным (качественно новое общественное пространство для города) экспериментом: здесь будут магазины, гостиница, офисные помещения, а во дворе, под крышей, среди скульптур будут проходить концерты, спектакли, выставки. Словом, должно получиться нечто среднее между ГУМом, Парком культуры и музеем. О том, что это не самая большая в мире крыша (дебаркадеры многих крупных вокзалов гораздо больше), и о том, что подобные комплексы существуют едва ли не в каждом крупном городе на Западе, никто мэру, естественно, не доложил.
Не совсем понятно и то, почему этот инженерно-социальный эксперимент надо было проводить над памятником архитектуры XVIII-XIX веков. Кроме того, по закону реконструкция памятников федерального значения вообще запрещена, возможна только реставрация, а строительство крыши там, где ее никогда не было, при всем желании реставрацией назвать нельзя.

Интерьер
Возведение крыши превратило внутренний двор из открытого уличного пространства в интерьер. Со всеми вытекающими отсюда последствиями. По нормам пожарной безопасности, например, уличное пространство требует только люков с пожарными кранами, а внутреннее - противопожарных систем: спринклерной («душ», льющийся с потолка) и дренчерной (стена воды, ограничивающая распространение огня). Кроме того, оказалось, что нужна система оповещения на случай чрезвычайных ситуаций (сейчас решено расставить по всей «Гостинке» громкоговорители диаметром около метра). Еще этот гигантский интерьер нужно как-то проветривать, стекла нужно делать не прозрачными, а зеленоватыми (они лучше защищают от солнца), посетителям могут понадобиться туалеты. Сколько этих посетителей будет, тоже непонятно. По первым подсчетам - полторы тысячи, по последним - около пяти.
Кроме того, как только возникает большое пустое пространство, его нужно как-то оформлять, чем-то заполнять. На больших площадях часто устанавливают обелиски, памятники или разбивают скверы. Для площади Гостиного двора предлагались разные варианты: от фонтанов до ледяного катка. Около года назад разрабатывать концепцию внутреннего двора пригласили галериста Марата Гельмана. Специально созданное им архитектурное бюро исполнило проект дизайна под многозначительным названием «Будущее представляет прошлое»: во дворе будет стоять несколько десятков скульптур, созданных современными художниками.
Сотрудничество галереи актуального искусства с архитекторами из Моспроекта иногда порождает некоторые курьезы. Скажем, радикальные скульптуры никак не сочетаются с тем проектом пола, который однажды принесли в мастерскую Гельмана - гигантский «персидский ковер», выложенный из цветного гранита. Или: мастерская Гельмана предложила сделать во дворе гранитный амфитеатр, и теперь инженеры мучаются над вопросом, как зрители будут сидеть на его каменных ступенях. Сначала хотели каждому зрителю выдавать по подушке, теперь вроде бы предлагают ступени оборудовать подогревом.
Проект Гельмана должен быть осуществлен к 2000 году. Крышу планируют закончить к концу этого года. «Бублик» (как называют сам корпус Гостиного двора) - еще раньше - к октябрю. Казалось бы, дело идет к завершению. Если бы не археологические раскопки.

Археология
Еще весной 1996 года под Гостиным двором на глубине 5 м 96 см был найден самый большой за всю историю московской археологии клад - монеты времен Ивана Грозного, Бориса Годунова и Лжедмитрия, а также средневековые иностранные монеты. Теперь по настоянию Лужкова, который, надо полагать, хочет найти второй клад, еще больше первого, раскопки должны проводиться под всей площадью двора. Для этого нужно копать на глубину не менее 6 метров. Однако еще в начале реконструкции фундаменты Гостиного двора были укреплены на глубину всего 4 метров. Чтобы археологи могли раскопать весь Гостиный двор, фундаменты придется укрепить еще на два метра. То есть фактически начать стройку сначала. Будет ли это сделано - неизвестно. Мэр еще не решил.

Московская строительная манера
Хотя Гостиный двор и является памятником архитектуры, но во время его реставрации-реконструкции собственно архитектурные вопросы были задвинуты очень далеко. При цивилизованных архитектурных отношениях порядок строительства жестко регламентирован: в частности, сначала объявляется конкурс, затем готовится технико-экономическая документация, потом происходят согласования со службами охраны памятников, пожарными, и т.д., готовится рабочая документация и только после этого начинается строительство. В Москве, в особенности на муниципальных объектах, все происходит, как правило, по-другому. Гостиный двор - лучшее свидетельство «московской строительной манеры». Конкурса не было. Строительство началось до подготовки рабочей документации, а согласования происходили уже по ходу строительства. Из-за того, что в процессе работ требования заказчиков меняются по нескольку раз, а вместе с ними меняются и проекты, едва ли не все время уходит на новые и новые согласования.
Экосовцы и уоповцы, видимо, решили попробовать посопротивляться мэру, привыкшему сначала строить, а потом согласовывать (например, проект Манежной площади был согласован едва ли не накануне открытия комплекса). Правда, реально им удалось настоять на своем только в двух принципиальных моментах - понизить крышу и отвергнуть вариант строительства третьего этажа в стиле Кваренги. Во всем остальном эксперты проиграли. Например, Гостиному двору необходим верхний технический этаж, но он тоже искажает исторический облик здания. И, несмотря на протесты ЭКОСа, он тоже почти построен. Последний спор (до конца еще не разрешенный) касается открытых галерей нижнего этажа: по требованию заказчиков (естественно, желающих сдавать в аренду как можно больше полезных площадей) они, скорее всего, будут застеклены.
Однако самое важное, что «охранителям», кажется, удалось - это показать Лужкову, что и на его пути могут появиться преграды. Пока - архитектурные. Но и это уже немало.

Авторство
Уже два десятка лет «Гостинка» передается из рук в руки, из одной мастерской в другую, от одного куратора к другому. Если сейчас задаться вопросом, кто же является автором проекта, то ответить будет нелегко. Два с половиной года автором считался Сергей Ткаченко, но в начале мая он был отстранен от стройки за невыполнение графиков подготовки рабочей документации (не очень понятно, правда, о какой рабочей документации может идти речь, когда неясны еще все детали проекта). Исполнять его обязанности назначен Михаил Посохин, который, в свою очередь, был полгода назад отлучен от стройки.
Но подлинным автором Гостиного двора является, конечно же, сам московский мэр. Он не только лично курирует объект (заседания по «Гостинке» у Лужкова проходят раз в месяц, у Ресина - раз в неделю, у Кузьмина - два раза в неделю), но и вмешивается в работу архитекторов. Именно он добился того, чтобы крыша перекрывала все пространство двора и, соответственно, был достроен третий этаж. Именно он хотел достроить его в стиле Кваренги и отверг стеклянный вариант. Именно он сейчас настаивает на проведении археологических раскопок под всем зданием. Не говоря уже о том, что именно он устанавливает директивные сроки, снимает и назначает кураторов. Столь активное вмешательство мэра в архитектурные дела даже по лужковским меркам беспрецедентно.
Впрочем, по мнению Александра Кузьмина, «важнее не влияние Лужкова, а наш не совсем сильный архитектурный менталитет». Остается радоваться тому, что главный архитектор Москвы это понимает.

ПОДРОБНОСТИ

Крыша
Из-за крыши и начались все проблемы Гостиного двора. Сразу же запротестовали Экспертно-консультативный совет при главном архитекторе Москвы (ЭКОС) и Управление по охране памятников (УОП). Согласно первоначальному проекту, крыша должна была опираться на колонны, расставленные во внутреннем дворе. Но Лужков предпочел более эффектное безопорное покрытие. Как выразился Сергей Ткаченко (руководитель 15-й мастерской Моспроекта-2, уже два с половиной года занимающейся Гостиным двором): «Если нарушать исторический облик, так уж добиться солидного единого объема двора». Но при такой огромной площади внутреннего двора (полтора гектара, как площадь Сан Марко в Венеции) крыша должна быть высокой. Эксперты же считали, что высокая крыша изуродует исторический облик Китай-города, особенно при взгляде с другого берега Москвы-реки (впрочем, после гостиницы «Россия» Китай-город вряд ли можно еще чем-нибудь изуродовать).
Крышу решили сделать низкой, почти плоской. Такой она сейчас и строится. Но главный архитектор Москвы Александр Кузьмин, курирующий Гостиный двор, до сих пор считает, что экспертам-»охранителям» уступили напрасно: «Мы здесь немножко прогнулись под ними, не надо было крышу так низко опускать». Отчасти Кузьмин прав, поскольку плоская крыша создала массу технических проблем (например, там будет скапливаться снег и собираться вода). Впрочем, сегодня споры о крыше носят уже академический характер, ибо конструкция на три четверти сооружена и ломать ее, естественно, никто не будет.

Третий этаж
Чтобы положить крышу, перекрывающую весь объем внутреннего двора, нужно было выровнять его разноэтажные части. Директор Моспроекта-2 Михаил Посохин предложил «улучшить» архитектурный ансамбль, а именно - достроить недостающий третий этаж в стиле Кваренги. Лужкову, любителю нового «под старину», проект приглянулся, но был забракован «экосовцами», которые указали, что нельзя превращать памятник архитектуры в новодел, а если и достраивать третий этаж, то так, чтобы он выглядел откровенно новым. Сергей Ткаченко предложил сделать фасад верхнего этажа из стекла, чтобы уже никто не сомневался, что это не Кваренги. Но это предложение возмутило Лужкова, который, как считается, стекла терпеть не может.
С тех пор возникло еще несколько десятков проектов третьего этажа. Окончательный вариант фасада до сих пор не согласован, но строительство несущих конструкций идет полным ходом. Типичная ситуация для всей истории Гостиного двора: строительство и проектирование ведутся одновременно (рабочие, конечно, строят по чертежам, но согласованного проекта всего комплекса как не было, так и нет до сих пор). По словам дизайнера Юрия Аввакумова, почти полгода проработавшего над оформлением Гостиного двора, «архитекторы здесь фактически лишь фиксируют то, что строят строители».



















Главная | Контакты | Поиск | Дневник М. Гельмана



copyright © 1998–2019 guelman.ru
e-mail: gallery@guelman.ru
сопровождение  NOC Service




    Rambler's Top100   Яндекс цитирования